Tuesday, November 18, 2008

«Темнота и тишина»: Генис о Беккете

Беккет, апостол тишины и темноты, говорит: "Вписывать в дырочки букв до тех пор, пока все не потеряет смысл, не станет одинаковым, то призрачное, что было написано, не окажется тем, что оно есть - бессмысленным, бессловесным, безысходным".
Это - о литературе, которую сочиняет герой его романа "Моллой".
Моллой - писатель, автор.
От других Моллой отличается тем, что понимает, что он не отличается от других. Не все - писатели, но все в таком же положении.
Моллой вынужден писать потому, что он писатель.
Почему он писатель? Потому, что он пишет.
Начав писать, он обречен продолжать, ибо нельзя вернуться к неведению. Как, впрочем, и к знанию нельзя пробиться.
Писание у Беккета speechless: безмолвно, немо.
Немота - это не тишина, ибо последняя есть свойство неодушевленных предметов: "Восстанавливать тишину, - пишет Беккет, - привилегия окружающих нас предметов."
Немота - без-речие, невозможность высказаться.
Если безмолвие - сознательный отказ от речи, который оставляет нас в самонадеянной уверенности, что мы могли бы сказать, что хотели, если бы хотели, то немота - это бессилие языка.
И того, что в словарях, и того, что во рту.
У безмолвной, бессмысленной и бессодержательной, то есть лишенной тем и идей литературы, у литературы, доведенной вычитанием до полной инвалидности, остается один выход, которым и воспользовался Беккет.
Этот выход - драма.
В театре слово становится действием - ремарками. В театре слово становится плотью - актерами. В театре слово возвращается из своей книжной вечности в соразмерное человеку время - в те два часа, что занимает спектакль.
Действие - это преодоление литературной тишины. Оно возможно даже тогда, когда никуда не ведет. Вычитая из литературы все, что можно сказать, Беккет работал на грани, отделяющей словесность от молчания.
Там он искал то, что отличает человека от нечеловека.
То, что отличает человека от вещи, от природы, от Бога.

из книги "Темнота и тишина"

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...