Monday, December 01, 2008

переводчик Виктор Ланчиков, из статьи/ translator Viktor Lanchikov

Возьмём для примера выражение, которое, видно, набило оскомину даже составителям кренедльплюсовских прописей для переводчиков - по крайней мере, за последние пару лет это пресловутое «Ты в порядке?» ("Are you all right?") в кинопереводах слышится всё реже. Действительно, по частоте употребления в фильмах фраза эта бьёт все рекорды. Но что она, собственно, означает? Лишь одно: проявление заботы о человеке, попавшем (или вероятно попавшем) в какую-то переделку. Переделки бывают разные, и в зависимости от этого по-разному выражают свою заботу носители русского языка: «Ты не ранен?», «Не ушибся?», «Больно?», «Жив?», «Страшно?», «Ну как, успокоился?» и множество других вариантов. А если причина тревоги собеседника непонятна - «Что с тобой?», «Тебе плохо?», «Ты чего?» и пр. (Несколько лет назад переводчик одного телевизионного мыльного изделия вложил это замызганное «Ты в порядке?» в уста матери, которая обращается с этим вопросом к своей изнасилованной дочери. Слёзы, уймитесь!) Следовательно, выражение "I can't believe it!" - с учётом обстоятельств и характера говорящего - может переводиться то как: «Быть не может!», то как: «Это же надо!», то как: «Подумать только!», то как: «Вот это да!», то как: «Ну, знаешь ли!» или даже просто: «Ого!» Отсюда и большая распространённость подобных речевых формул в английской повседневной речи.

Касаться вопиющих буквализмов вряд ли имеет смысл: уродство таких недопереведёнышей, как: «Ты сделал это!» (победный клич), «Ты видишь то, что вижу я?», «Я вас знаю?» само бросается в глаза. А подпускать в перевод фразочку: «Какого чёрта ты делаешь?» (What the hell are you doing?) можно либо от нескрываемого презрения к читателям и переводимому автору либо по причине далеко не бетховенской глухоты.
Ещё А.А. Суворин в своём дневнике приводит разговор княгини Голицыной и парижского извозчика:
- Cocher, va plus vite! (Кучер, поезжай быстрее!)
- Vous me tutoyez, madame? C'est de l'amour? (Мы уже на «ты», мадам? Уж не любовь ли это?)
Обращение к «меньшой братии» на «ты» - примета языка старого московского барства - в рамках французской культуры было понято как намёк на более интимный регистр общения: тот же просчёт, что и «Привет», брошенное преподавателю. (Впрочем, и в России в ту эпоху барственное «ты» многие уже считали принадлежностью отжившего уклада. Чеховский Петя Трофимов возмущался отсталостью кое-кого из соотечественников: «Называют себя интеллигенцией, а прислуге говорят "ты"».)

Л.И. Арнольди в воспоминаниях о Гоголе отмечает: «Гоголь очень часто употреблял слово "слишком". Это была одна из особенностей его слога, часто неправильного, иногда запутанного, но в котором было зато так много крупного, сильного и мало той лёгкости, с которой пишутся некоторые русские фельетоны, заботящиеся не о силе слога, верности, меткости, а только о правильности языка».

Вспомним статью Николая Полевого о «Мёртвых душах», где критик ставит Гоголю в вину «беспрестанные промахи и ошибки против этимологии и синтаксиса» и «неслыханное на Руси употребление слов».
Или статью Д. С. Лихачёва «Небрежение словом у Достоевского». Что будет, если переводчики станут отбиваться от редакторов, ссылаясь на то, что Достоевский, мол, позволял своим героям обороты вроде: «Мне было как-то удивительно на него», «Я слишком сумел бы спрятать мои деньги», «...А всё-таки меньше любил Васина, даже очень меньше любил»? Возражение резонное. Но не будем забывать, что мы всё-таки говорим о переводе.

Бытовая речь - впопыхах сделанная фотография, литературно-разговорная - портрет маслом. Если у изображённого слишком широко раскрыт рот или волосы растрепались, с фотографа спрос невелик, на полотне же случайностей не бывает. Всякая якобы случайность - часть авторского замысла.

*
Н. Любимов рассказывает, как однажды вычеркнул из своего перевода выражение «рыльце в пушку», вспомнив, что это цитата из И.А. Крылова, то есть факт русской культуры. При всём уважении к автору, такая щепетильность представляется чрезмерной: многие ли из читателей вспомнят источник этого выражения? Из категории цитат оно уже перешло в разряд крылатых слов, а на их употребление в переводе ограничения не столь жёсткие. По этой логике мы не имели бы права использовать в переводе и выражение «белка в колесе», также заимствованное из басни Крылова.

*
П. А. Флоренский - об Иоганне Себастьяне Бахе:
«В Бахе я всегда чувствую ремесленника. Не пойми этого слова, как укор. Ремесленников, особенно старых, очень уважаю и ценю, скажу больше, очень хочется быть ремесленником. Но это совсем особый строй духа. Привычки и навыки, наследственно выработанные столетиями, мастерство без порыва и вдохновения, точнее сказать, без вдохновения данной минуты, работа, которую мастер может в любой момент начать и в любой момент без ущерба прекратить. Вероятно, это самое здоровое творчество, всегда текущее по определённым руслам, без мучений, без романтики, без слёз и без восторгов, но со спокойной уверенностью в руке, которая сама знает, что ей делать. Гениально, но без малейшего трепета...»
Письмо к А.М. Флоренской и детям, 25.XI - 6.XII 1936 г.

Виктор Ланчиков "Монолог о диалоге"

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...