Monday, February 14, 2011

Хаксли о вторичной объективности и полноте сверхфизического / Huxley Perennial Philosophy

Почему так невероятно трудно решить проблему, которую аббат Джон Чепмен называет «проблемой примирения (а не просто соединения) мистицизма и христианства»? Да потому, что римское и протестантское мышление было в огромной степени сформировано теми самыми правоведами, которых Христос считал совершенно неспособными понять истинную Природу Вещей. «Аббат (Чепмен явно имеет в виду аббата Мармиона) называет Сан Хуана де ла Крус губкой, впитавшей в себя христианство. Вы можете выжать из губки все христианство, и в ней останется полноценная мистическая теория (иными словами чистая Вечная Философия). В результате в течение примерно пятнадцати лет я ненавидел Сан Хуана де ла Крус и называл его буддистом. Я любил святую Терезу и снова и снова читал ее писания. Она была прежде всего христианкой, а уже потом мистиком. А потом я понял, что зря потерял пятнадцать лет, читая не те молитвы».

«Бог, который в своей простой субстанции в одинаковой степени присутствует всюду, тем не менее, в разумных созданиях действует не так, как в неразумных, а в хороших разумных созданиях действует не так, как в плохих. Неразумные создания не могут постичь его.
Однако все разумные существа могут постичь его посредством обретения знания. И только праведные могут постичь его также и посредством любви.»
- Святой Бернар -

Видение божественного в природе поэтом или художником, осознание верующим святости причастия, символа или образа, — вещи не полностью субъективные. Такое восприятие не может быть доступно всем людям, ибо знание есть функция бытия; но вещь узнанная независима от настроения и природы знающего. То, что поэт и художник видят и стараются донести до нас, на самом деле уже присутствует в природе и ждет того момента, когда оно будет осознанно кем-то, кто обладает соответствующими способностями. Точно так же в священном образе или предмете божественная основа присутствует в полном объеме. Вера и благочестие готовят разум верующего к восприятию луча божества в точке его пересечения с конкретным фрагментом материи, находящимся перед верующим. Время от времени, такой символ, в силу того, что он является объектом поклонения, становится центром энергетического поля. Желания, эмоции и воображение поколений, преклонявших и преклоняющих колена перед сотворенной святыней, представляли собой круговорот психической энергии. Потому данный образ жил, как вторичной божественной жизнью (более низшего порядка), спроецированной на него верующими, так и изначальной божественной жизнью, которая, как и жизнь всех одушевленных и неодушевленных существ связана с божественной Основой. Религиозные ощущения верующих в причастие и поклоняющихся образу могут быть абсолютно подлинными и объективными; но они не всегда должны быть ощущением Бога или Божества. Верующие могут (и, скорее всего, в большинстве случаев так оно и есть), ощущать энергетическое поле, генерированное разумом верующих прошлого и настоящего и спроецированное на священный предмет, на котором оно сохраняется в состоянии, которое можно было бы назвать «вторичной объективностью», в ожидании того, когда оно будет воспринято готовым к этому разумом.

Бог присутствует в свинье никак не в меньшей степени, чем в общепризнанном священном образе. «Подними камень и увидишь меня, — гласит самое известное из не вошедших в Евангелие изречений Иисуса, — расщепи дерево и я буду там». Те, кто лично и непосредственно поняли истинный смысл этого изречения, как равно и истинный смысл брахманического постулата «Это и есть ты», — те достигли полного освобождения.

«Когда достигается состояние полного Просветления, — Бодхисаттва освобождается от оков вещей, но не стремится освободиться от самих вещей. Сансара (мир становления) не вызывает у него ненависти, а Нирвана не вызывает поклонения.
Полное просветление — это не узы, но, вместе с тем, и не освобождение».
- Прунабудд-сутра -

«Мы вполне способны овладеть сверхфизическим во всей его полноте». Для тех из нас, кто все еще барахтается на самом нижнем уровне физического, эта фраза имеет скорее ироничный оттенок. Тем не менее, света даже самого отдаленного знакомства с высотами и полнотой сверхфизического достаточно, чтобы понять смысл того, что хотел сказать ее автор. Открыть Царство Божье внутри себя легче, чем открыть его также и во внешнем мире разумных и неразумных живых существ и вещей. Легче потому, что человек открывает высоты внутри самого себя тогда, когда он готов исключить из своего поля зрения весь окружающий мир. И, хотя уход от окружающей действительности может представлять собой весьма болезненный процесс, он все же менее мучителен, чем участие в окружающей действительности, посредством которого мы поднимаемся на высоты духовной жизни и познаем ее во всей ее полноте. Когда человек сосредоточивается исключительно на высотах внутри самого себя, он избегает искушений и отвлекающих факторов окружающего мира и занимает позицию общего отрицания и подавления. Но если человек надеется познать Бога в связи с окружающим его миром, познать божественную Основу как мира, так и души, тогда он не должен избегать искушений и отвлекающих факторов, но должен следовать им и использовать их как ступени, ведущие к высотам развития. Он не должен отказываться от внешних занятий, а придавать им более священный смысл. Труды его становятся более целенаправленными и более продуманными: он должен постоянно быть начеку и проявлять такт и вкус в мышлении, чувствах и поведении.

В махаянистской и дзэн-буддистской литературе содержится самое лучшее описание психологии человека, для которого Сансара и Нирвана, время и вечность, — одно и то же. Буддизм, вероятно, более четко, чем какая либо другая религия, указывает нам путь к высотам и всей полноте духовного Знания, пролегающий как через весь мир, так и через душу. В этом контексте мы можем указать на тот важнейший факт, что пейзажная живопись Китая и Японии, по сути своей, является религиозным искусством, вдохновленным даоизмом и дзэн-буддизмом. В Европе же, наоборот, пейзажная живопись и поэзия «поклонения природе» являлись мирскими видами искусства, возникшими в тот период, когда христианство находилось в упадке, и в очень малой мере вдохновлялись его идеалами.

Олдос Хаксли. Вечная философия

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...