Friday, December 16, 2011

Пушкин, Из дневника 1831 года/ Pushkin, from diary

26-го июля. Вчера государь император отправился в военные поселения (в Новгородской губернии) для усмирения возникших там беспокойств [так называемый «холерный бунт», вспыхнувший 11 июля 1831 г. в новгородских военных поселениях и продолжавшийся до 21 июля. Поводом была эпидемия холеры, для пресечения которой правительство устраивало карантины, окуривало зараженные дома и т. д. Эти меры истолковывались в народе как отравление врачами и «начальством» воды и хлеба.]. Несколько офицеров и лекарей убито бунтовщиками. Их депутаты пришли в Ижору с повинной головою и с распискою одного из офицеров, которого пред смертию принудили бунтовщики письменно показать, будто бы он и лекаря отравливали людей.

Государь говорил с депутатами мятежников, послал их назад, приказал во всем слушаться графа Орлова [А. Ф. (1786—1861) — генерал, участвовавший в подавлении восстания Семеновского полка (1820), в усмирении восстания декабристов (1825), один из самых близких и доверенных лиц Николая I, впоследствии — шеф жандармов и главный начальник III Отделения. В новгородские военные поселения Орлов приехал 20 июля и везде читал приказ Николая I, вызванный беспорядками.], посланного в поселения при первом известии о бунте, и обещал сам к ним приехать. «Тогда я вас прощу», — сказал он им. Кажется, всё усмирено, а если нет еще, то всё усмирится присутствием государя.

Однако же сие решительное средство, как последнее, не должно быть всуе употребляемо. Народ не должен привыкать к царскому лицу, как обыкновенному явлению. Расправа полицейская должна одна вмешиваться в волнения площади, — и царский голос не должен угрожать ни картечью, ни кнутом. Царю не должно сближаться лично с народом. Чернь перестает скоро бояться таинственной власти и начинает тщеславиться своими сношениями с государем. Скоро в своих мятежах она будет требовать появления его, как необходимого обряда. Доныне государь, обладающий даром слова, говорил один; но может найтиться в толпе голос для возражения. Таковые разговоры неприличны, а прения площадные превращаются тотчас в рев и вой голодного зверя. Россия имеет 12 000 верст в ширину; государь не может явиться везде, где может вспыхнуть мятеж.

29-го. ...Лекарей убито 15 человек; один из них спасен больными, лежащими в лазарете. Этот лекарь находился 12 лет в колонии, был отменно любим солдатами за его усердие и добродушие. Мятежники отдавали ему справедливость, но хотели, однако ж, его зарезать, ибо и он стоял в списке жертв. Больные вытребовали его из-под караула.
Мятежники хотели было ехать к Аракчееву в Грузино, чтоб убить его, а дом разграбить. 30 троек были уже готовы. Жандармский офицер, взявший над ними власть, успел уговорить их оставить это намерение. Он было спас и офицеров полка Прусского короля, уговорив мятежников содержать несчастных под арестом; но после его отъезда убийства совершились. Государь обедал в Аракчеевском полку. Солдаты встретили его с хлебом и медом. Арнт, находившийся при нем, сказал им с негодованием: «Вам бы должно вынести кутью». Государь собрал полк в манеже, приказал попу читать молитвы, приложился ко кресту и обратился к мятежникам. Он разругал их, объявил, что не может их простить, и требовал, чтоб они выдали ему зачинщиков. Полк обещался. Свидетели с восторгом и с изумлением говорят о мужестве и силе духа императора.

Восемь полков, возмутившихся в Старой Руссе, получили повеление идти в Гатчино.
[В Гатчине (Царскосельского уезда) Николай I произвел смотр этим полкам. В первых числах августа было начато расследование, и особая военно-судная комиссия в Кронштадте назначила нижним чинам разные наказания. Виновные в беспорядках были разделены судом на пять разрядов. «Преступники» первого разряда были приговорены к наказанию кнутом и ссылке в каторжную работу. Остальные были приговорены к наказанию шпицрутенами и розгами и к отдаче в арестантские роты и ссылке на службу в Сибирь. Всего было осуждено более трех тысяч человек. Телесные наказания производились с такой жестокостью, что около семи процентов наказанных шпицрутенами умерли на месте экзекуции.]

А.С.Пушкин. Собрание сочинений в 10 томах. Том 7

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...