Monday, May 21, 2012

«Обновляйся ежедневно и полностью, и снова, и всегда»/ Thoreau H.D., Walden, quotes

В «Гулистане, или Цветущем саду» шейха Саади из Шираза я прочел, как «одного мудреца спросили, почему из множества деревьев, которые всемогущий бог создал высокими и тенистыми, ни одно не зовется _азад_, то есть свободный, кроме кипариса, не приносящего плодов, - отчего бы это? Он ответил: у каждого дерева свои плоды и своя пора цвести и своя пора пожелтеть и засохнуть; один кипарис их не имеет, ибо всегда одинаково зелен, - таковы и азады, или люди свободной веры. Не прилепляйся сердцем к тому, что преходяще. Река Дижла, называемая также Тигром, будет протекать через Багдад и тогда, когда кончится династия калифов; если ты богат, будь щедр, подобно финиковой пальме; но если тебе нечего дать, будь азадом, или свободным, как кипарис».

...богатство человека измеряется числом вещей, от которых ему легко отказаться.

Следующим моим опытом в этой области был теперешний, и его я хочу описать подробнее; ради удобства, я объединю опыт двух лет в одно целое. Как я уже говорил, я не намерен сочинять Оду к Унынию [глубоко пессимистическое стихотворение английского романтика Кольриджа], напротив, я буду горланить как утренний петух на насесте, хотя бы для того, чтобы разбудить соседей.

Мой дом был не таков: я сразу оказался в соседстве с птицами, но мне не пришлось сажать их в клетку, - я сам построил себе клетку рядом с ними. Я приблизился не только к тем, кто обычно прилетает в сады и огороды, но и к более диким - к лучшим лесным певцам, которые почти никогда не услаждают слух жителей поселка - к дрозду [в оригинале здесь два названия: woodthrush (лат. Hylocichla mustelina) и veery (лат. Hylocichla fuscescens), не имеющие соответствий в русском языке, так как эти разновидности дроздов обитают только в Западном полушарии. Такие случаи нередки в тексте «Уолдена». Точное определение упоминаемых в нем животных и растений представляет и другие трудности. Торо сам не всегда точен: вторая часть латинского названия или английское название, приведенные в «Дневниках», иногда не совпадают с соответствующими местами «Уолдена». На своем экземпляре «Уолдена» Торо исправил целый ряд названий. В некоторых случаях латинские названия устарели и не соответствуют современной научной классификации, но они сохранены в тексте], красной танагре, зяблику, козодою и многим другим. Я жил на берегу маленького озера, примерно в полутора милях к югу от поселка Конкорд и несколько выше его, в обширном лесу, который тянется от поселка до Линкольна...

Я рано вставал и купался в пруду; это было ритуалом и одним из лучших моих занятий. Говорят, что на ванне царя Чин-Тана [о легендарном китайском царе Чин-Тане пишет Конфуций в "Великом Учении"] была высечена надпись: «Обновляйся ежедневно и полностью, и снова, и всегда». Мне это понятно.

Утро - самая важная часть дня, это - час пробуждения. В этот час мы менее всего склонны к дремоте. В этот час, пускай ненадолго, в нас просыпается та часть нашего существа, которая дремлет во всякое иное время. Немногого следует ждать от того дня, - если можно назвать его днем, - когда нас пробуждает от сна не наш добрый дух, а расталкивает слуга; когда мы просыпаемся не от прилива новых сил, не по внутреннему побуждению, не под звуки небесной музыки и веяние дивных ароматов, а по фабричному гудку; когда мы не пробуждаемся к иной, лучшей жизни, чем та, что окружала нас накануне, чтобы и ночной мрак приносил плоды и был благодатен не менее, чем свет дня. Кто не верит, что каждый новый день несет ему неведомый и священный, еще не оскверненный утренний час, тот отчаялся в жизни, и путь его ведет вниз и во тьму. Во время сна жизнь тела частично замирает, а душа человека, вернее, ее органы, набираются новых сил, и его добрый гений вновь пытается облагородить его жизнь. Мне кажется, что все великое свершается на утренней заре, в чистом утреннем воздухе. В Ведах [четыре священные книги индуизма] сказано: «На утренней заре пробуждается всякий разум». С этого часа берут начало поэзия, искусство и все самые благородные и памятные дела людей. Все поэты и герои - сыновья Авроры, подобно Мемнону [Мемнон – персонаж гомеровского эпоса, сын богини Авроры, убитый Ахиллесом], и поют свою песнь на восходе солнца. Для того, чья могучая мысль поспевает за солнцем, весь день - утро. Неважно, _что_ показывают часы и _что_ говорят и делают люди. Когда я бодрствую и во мне брезжит свет - тогда и утро. Нравственное совершенствование - это попытка стряхнуть сон.

Больше всего надежд в меня вселяет несомненная способность человека возвыситься благодаря сознательному усилию. Хорошо, когда он способен написать картину или изваять статую, т.е. создать несколько прекрасных вещей, но куда благороднее задача быть, в моральном отношении, ваятелем и художником всей окружающей нас среды. Сделать прекраснее наш день - вот высшее из искусств! Долг каждого человека - сделать свою жизнь во всем, вплоть до мелочей, достойной тех стремлений, какие пробуждаются в нем в лучшие ее часы.

Я ушел в лес потому, что хотел жить разумно, иметь дело лишь с важнейшими фактами жизни и попробовать чему-то от нее научиться, чтобы не оказалось перед смертью, что я вовсе не жил. Я не хотел жить подделками вместо жизни - она слишком драгоценна для этого; не хотел я и самоотречения, если в нем не будет крайней необходимости. Я хотел погрузиться в самую суть жизни и добраться до ее сердцевины, хотел жить со спартанской простотой, изгнав из жизни все, что не является настоящей жизнью, сделать в ней широкий прокос, чисто снять с нее стружку, загнать жизнь в угол и свести ее к простейшим ее формам, и если она окажется ничтожной, - ну что ж, тогда постичь все ее ничтожество и возвестить о том миру; а если она окажется исполненной высокого смысла, то познать это на собственном опыте и правдиво рассказать об этом в следующем моем сочинении.

...хотя миф и утверждает, будто мы давно уж превращены в людей [когда жители Эгины – как гласит греческий миф – погибли от моровой язвы, царь Эгины Эак упросил Зевса вновь заселить его страну, превратив в людей муравьев, живших в дупле старого дуба], подобно пигмеям, мы сражаемся с цаплями [о битвах пигмеев с цаплями упоминается в начале третьей книги «Илиады»; в русском переводе Н.И.Гнедича они названы журавлями]...

Мы растрачиваем нашу жизнь на мелочи. Честному человеку едва ли есть надобность считать далее чем на своих десяти пальцах, в крайнем случае можно прибавить еще пальцы на ногах, а дальше нечего и считать. Простота, простота, простота! Сведите свои дела к двум-трем, а не сотням и тысячам; вместо миллиона считайте до полдюжины и умещайте все счета на ладони. В бурном плавании цивилизованной жизни столько туч, штормов, плывунов и бесчисленных препятствий, что человек, который хочет достичь гавани, а не затонуть, должен идти вслепую, полагаясь на одни вычисления и хорошую надо иметь голову на цифры, чтобы с этим справиться. Упрощайте же, упрощайте. Вместо трех раз в день, если нужно, питайтесь только один раз, вместо ста различных блюд довольствуйтесь пятью и соответственно сократите все остальное.

...подлинно важной _работы_ мы не совершаем. Мы просто одержимы пляской св. Витта и не можем находиться в покое...

Что касается меня, то я легко мог бы обойтись без почты. Я считаю, что через нее посылается крайне мало важных вестей.

А в газетах я никогда не нахожу важных сообщений. Если мы однажды прочли о грабеже, убийстве или несчастном случае, о пожаре, кораблекрушении, или взрыве пароходного котла, о корове, попавшей под поезд Западной дороги, о застреленной бешеной собаке или о появлении саранчи среди зимы, - к чему читать о других таких же событиях? Довольно и одного. Если вы ознакомились с принципом, к чему вам миллионы частных случаев? Для философа все так называемые _новости_ - не что иное, как сплетни, а те, кто их издает и читает - старые кумушки за чашкой чая. А между тем многие ждут этих сплетен с жадностью.

«Кью-Хи-Ю, важный чиновник провинции Вэй, послал человека к Кунг-Цзе за новостями. Кунг-Цзе велел посадить посланца рядом с собой и спросил так: Что делает твой господин?
Посланец почтительно отвечал: Мой господин стремится уменьшить число своих прегрешений, но никак не доберется до их конца.
По уходе посланца философ заметил: Что за достойный посланец! Что за достойный посланец!»
[Китайская притча взята из «Бесед и Суждений» Конфуция].

Проведем хоть один день так же неторопливо, как Природа, не сбиваясь с пути из-за каждой скорлупки или комариного крылышка, попавшего на рельсы. Встанем рано и будем поститься или вкусим пищи, но только с кротостью и без смятения; пусть приходят к нам люди и уходят, пусть звонит колокол и плачут дети, - мы проведем этот день по-своему.

Встань лицом к факту и ты увидишь, что солнце играет на обеих его гранях, точно на лезвие острого меча, ты почувствуешь, как он пройдет через твое сердце и рассечет костный мозг, и ты счастливо завершишь свое земное существование. Будь то жизнь или смерть - мы жаждем истины. Если мы умираем, пусть нам будет слышен наш предсмертный хрип, пусть мы ощутим смертный холод; если живем, давайте займемся делом.

Время - всего лишь река, куда я забрасываю свою удочку. Я пью из нее, но в это время вижу ее песчаное дно и убеждаюсь, как она мелка. Этот мелкий поток бежит мимо, а вечность остается. Я хотел бы пить из глубинных источников, я хотел бы закинуть удочку в небо, где дно устлано камешками звезд. А я не умею даже считать до одного. Я не знаю и первой буквы азбуки.

«Уолден, или Жизнь в лесу» (Генри Дэвид Торо)

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...