Tuesday, July 23, 2013

Л. Я. Гинзбург, записи 1980-х годов/ Lidia Ginzburg, unpublished

1980-е
Саша [Кушнер Александр Семенович, род. в 1936 г, поэт] еще говорит, что люди того времени (серебряный век) — прекрасные чудовища.
Крепкие нервы — самое отличительное свойство декадентов.
Они могли, не сморгнув, выносить ситуации, невозможные для обыкновенного человека.
«Я еще пожелезней тех...» — писала А. А. Она могла годами обедать за одним столом с женой своего мужа (Анной Евгеньевной). Причем это отнюдь не был уравновешенный треугольник, — обедая, они не разговаривали друг с другом.

*
Н. Я. <Манделынтам> отождествила себя с Мандельштамом, с Ахматовой, — упустив совсем из виду, что она не великий поэт. Получилась чудовищность без прекрасного.
Пока ее не захвалили, она еще опасалась, сдерживалась, но во второй книге перешла границы дозволенного нормальному человеку.

1981

Когда-то меня восхищало «Детство Люверс». Сейчас читаю прозу Пастернака равнодушно. У него проза поэта в буквальном смысле. То есть те же слова; но нужные отношения между ними не возникают, — потому что нет тесноты ряда. Прозе же эти слова мешают быть прозой.
15.III 1983

*
Хренков — тогда главный редактор «Невы» — сообщил мне, что в одной вышестоящей инстанции ему сказали по поводу «Записок блокадного человека»: «Там слишком много говорят о еде».
Л. утверждает, что Хренков это выдумал. Если так, то хорошо выдумал.
20.VIII 1985

*
И. Бродский завел в свое время роман с К. Он хотел жениться на американке с тем, чтобы ездить туда и оттуда. Ему объяснили, что это не пройдет, и он сразу ушел в кусты. К. страдала. Я как-то сказала Битову, что Иосиф поступил в этом деле не лучшим образом.
— Так она же американка, — сказал Андрей, — ее не жалко.
— А если бы наша девушка?
— Ну, если наша, так надо еще подумать.

У К. кончился стажерский срок, — она пришла прощаться. Сказала между прочим, что предстоящая поездка складывается неудачно. Нет прямого самолета, лететь придется через Париж — большая морока.
Тут-то я и подумала: «Ну, друг мой, в самом деле тебя не жалко».
31.Х 1985

*
Много жаловалась Цветаева — в стихах, в письмах и разговорах. Поэтому ее жизнь выглядит ужаснее жизни ее сверстников, хотя им было не легче. Когда Цветаева рассказывает о том, что она жарит рыбу или ходит с кошелкой на базар, — сердце сжимается от жалости... Но то ли мы еще видели.

*
Я как-то сказала при Надежде Яковлевне Мандельштам, что, много занимаясь мемуарами, убедилась — чем талантливее мемуарист, тем больше он врет (Сен-Симон, Руссо, Герцен). Это ей понравилось.
Не потому ли, несмотря на испортившиеся отношения, Н. Я. в своей второй книге отозвалась обо мне, в виде исключения, благосклонно. Там даже есть фраза об одной «умной женщине», которая зря хвалила статьи Вячеслава Иванова. Это я.
17.II 1987

*
Споры о Бродском... Бродский настоящий поэт, конечно. Вероятно, даже большой. Об этом я знаю, пока его читаю. Но он у меня не остается в сознании. Самые нужные стихи мы несем в глубине сознания, и они поднимаются на поверхность по разным поводам (в двадцатых годах мы непрестанно вибрировали такими стихами). С Бродским это не происходит. Может быть, потому, что стихи дают о себе знать натыкаюсь на жизнь, а Бродский пишет о том, что все обрыдло, и — кроме отстоявшегося мифа о Марине Басмановой — единственной для него ценностью является сам творческий процесс.
Бродский неимоверно виртуозен (слишком) и становится все виртуознее. Это не русская традиция. Русские поэты не были виртуозны. Если есть виртуозность у Пушкина, то принадлежащая эпохе, школе гармонической точности. Пушкин же лично ее перешагнул.
17. II 1987

*
З. Г. [Гуковская Зоя Владимировна (1907-1973), историк французской литературы, переводчик; вторая жена Гуковского, с 1929)] говорила: примета времени даже не террор, не жестокость (это бывало и в другие времена), а предательство. Всепроницающее, не миновавшее никого — от доносивших до безмолвствовавших.
По ходу жизни работают разные защитные механизмы. Обволакивают, подстилают соломку. Чтоб мы не кричали от ужаса. Мы не видим картину проживаемой жизни. Всякий раз только частицу. И всякий раз она — частица — к нам или мы к ней приспособлены.
А теперь минутами ретроспективный ужас. Распахивается «бездна унижения». Как же это мы шли в эту бездну, шаг за шагом, ничего не пропуская...
16.III 1987

*
...Кроме упомянутых есть еще свободные от всяких общественных настроений и служащие любым господам (Михалков и проч.). Это группа многочисленная, стойкая и мощная.
20.V 87

*
О людях, заслуживших биографию, в конечном счете, вероятно, должно быть известно всё; всё, что им не удалось скрыть. Но это дело дотошных биографов и перерабатывающих материал историков и психологов. Отнюдь не самих участников интимных событий.
28.IV 89

*
Во втором номере «Нового мира» напечатано «Изобретение Вальса», пьеса Набокова — до удивления плохая и неумная; до такой степени, что это бросает двусмысленный свет (или тень) на его творчество.
28.IV 89

*
Маяковский романтик, со всеми основными признаками — с гипертрофией лирического Я, с конфликтом между непризнанным поэтом и толпой, с противостоянием высокой любви низменным вожделениям.
Маяковский — это романтическая модель в хамской ее разновидности.
18.VIII 89

*
Даже когда меня уже выдвинули на присуждение Государственной премии, я была уверена, что не получу ее, так как не принадлежу к типу людей, получающих премии. Но я попала как раз в очередной социальный расклад, который оказался сильнее типологии.
20.VIII 89

*
Чем отличается междувоенная литература (1918—1939) западная от нашей? Тем, что ей предоставлена была свобода скулить. То есть предоставленную ей свободу она употребила на то, чтобы скулить. Поскулить, конечно, утешительно; облегчает душу и в какой-то степени осмысляет пустоту, — пустота пошла на то, чтобы о ней написать. Наконец, это право на пессимизм позволило возникать фактам искусства. Впрочем, ничего очень большого нет.

...У этого персонажа — всегда двойной критерий. С одной стороны, жизнь такая, какой она была ему обещана вначале; с легкостью удовлетворения желаний, с досугом и увлечением собственной психикой, а главное, с творчеством и известностью — и это мучило неотступной тоской. С другой стороны, представлялось то, к чему он, вернее, его формация предназначались ходом вещей, или то, чем довольствовались вокруг. Тогда его сжимало в комок, и он повторял — нужно быть довольным и благодарным, тихим и благодарным.
«Будьте довольны жизнью своей...» (А. Блок).

* * *
Понимание — наша прелесть и наша кара.
Огарев. «Моя исповедь»

Эти записки — опыт изображения одного из видов современного сознания и воспринимаемой им действительности.
Сознание это, понятно, вовсе не равнозначно эмпирической личности автора. И автор не обязуется быть в своих записях всегда фактически достоверным.

По поводу одной цитаты
«...Мы пишем такую жизнь, какая она есть, а дальше — ни тпрру ни ну... Дальше хоть плетями нас стегайте. У нас нет ни ближайших, ни отдаленных целей, и в нашей душе хоть шаром покати. Политики у нас нет, в революцию мы не верим, бога нет, привидений не боимся, а я лично даже смерти и слепоты не боюсь. Кто ничего не хочет, ни на что не надеется и ничего не боится, тот не может быть художником...» (А. П. Чехов. Письмо к А. С. Суворину от 25.XI 1892 г.).
Если Чехов в самом деле не боялся смерти, то это факт показательный и свидетельствующий о том, что он глубочайшим, сокровеннейшим образом проник в сущность человека своего времени. И в самом деле, страх этот не заметен у Чехова. Следовательно, он не боялся ее как художник, по крайней мере; личные его переживания здесь даже не важны. Это замечательное подтверждение моей мысли о том, что этому типу сознания смерть уже не противоречит.
Хотя Чехов был учеником (единственным — настоящим) Толстого, но по мироощущению он продолжает тургеневскую линию. Это дальнейший этап. Печорин обвинял в своей пустоте Бога и мир. Рудин обвинял в своей пустоте — себя. Эти не обвиняют, они только жалуются. Обвинять можно волю (в том числе собственную), если она могла сделать и не сделала.

Записи, не опубликованные при жизни
(по изданию: «Лидия Гинзбург. Записные книжки. Воспоминания. Эссе», 2011 год)//
сканирование и проверка орфографии - Е. Кузьмина

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...