Sunday, August 10, 2014

Не считать себя беспомощной жертвой собственных эмоций/ Buddha, Brain & Neurophysiology of Happiness

Мышление — это естественная деятельность ума. Медитация не связана с прекращением мышления. Медитация — это процесс пребывания ума в его естественном состоянии, которое открыто для возникающих мыслей, эмоций, ощущений и естественным образом их осознаёт. Ум подобен реке — как и в случае с рекой, бессмысленно пытаться остановить его течение.

Отец говорил мне [Мингьюр Ринпоче - младший сын признанного мастера тибетского буддизма Тулку Ургьена Ринпоче] и другим своим ученикам, что сколько бы мыслей ни проходило через ум во время медитации, это нормально. Если в течение минуты в вашем разуме возникает и исчезает сто мыслей, значит, у вас есть сто опор для медитации. «Как тебе повезло! — любил говорить он. — Если сумасшедшая обезьяна в твоей голове прыгает с места на место, это чудесно. Просто наблюдай, как мечется эта безумная обезьяна. Каждый прыжок, каждая мысль, каждое отвлечение, каждый объект чувств служит опорой для медитации. Если ты сражаешься со множеством отвлечений, то можешь использовать каждое из них в качестве объекта для медитации. Тогда они перестают быть отвлечениями и становятся опорами для медитативной практики».
Но также он предупреждал нас: не пытайтесь хвататься за каждую возникающую мысль. Что бы ни проходило сквозь ваш ум, легко и без цепляний наблюдайте, как это приходит и уходит, таким же образом, как раньше мы спокойно направляли своё внимание на формы, звуки или запахи.
Когда мы наблюдаем за проносящимися в уме мыслями, это немного напоминает бег за уходящим автобусом: едва вы добежали до остановки, автобус отходит, и вам приходится ждать следующего автобуса. Точно так же между мыслями нередко бывает промежуток — он может длиться долю секунды, но он есть. Этот промежуток представляет собой опыт полной открытости естественного ума. Затем выскакивает другая мысль и, когда она исчезает, появляется другой промежуток. Затем ещё одна мысль приходит и уходит, и её тоже сменяет промежуток.
Именно так непрерывно продолжается процесс наблюдения: за мыслями следуют промежутки, за которыми следуют мысли, после которых вновь возникают промежутки. Если вы продолжаете эту практику, промежутки постепенно становятся всё длиннее и длиннее и ваше переживание природы ума становится всё более прямым и неопосредованным.
Итак, есть два основных состояния ума — с мыслями и без мыслей, — и оба они служат опорами для медитации.
Сначала внимание, направленное на мысли, всегда колеблется. Это нормально. Если вы заметили, что ум блуждает, просто позвольте себе осознавать блуждание своего ума. Даже грёзы могут становиться опорами для медитации, если вы позволяете мягко проникать в них своему осознанию.
А когда вы внезапно вспоминаете: «Ой, а ведь я должен был наблюдать за своими мыслями, я должен был сосредоточиваться на форме, я должен был прислушиваться к звукам, я должен был следить за мыслями», — просто возвращайте своё внимание туда, где оно должно находиться. Великий секрет этих моментов «ой» состоит в том, что на самом деле они представляют собой мгновенные вспышки переживания, ясности естественного ума, осознающего себя. Каждое такое «ой» — это момент совершенного просветления.

Пока вы сохраняете осознание или внимательность, вы практикуете медитацию, вне зависимости от того, что происходит в вашей практике. Если вы можете наблюдать за своими мыслями, это медитация. Если вы не можете наблюдать за своими мыслями, это тоже медитация. Если вы становитесь усталым, вялым или возбуждённым, это тоже медитация.
Любое из этих переживаний может быть опорой для медитации. Самое важное — сохранять осознавание, независимо от возникающих мыслей, эмоций или ощущений.

«Не следует видеть в себе беспомощную жертву собственных эмоций».
Калу Ринпоче. Тихо нашёптанное

Есть три основные категории эмоций: положительные, отрицательные и нейтральные.
Положительные эмоции — например любовь, сострадание, дружба и верность — укрепляют ум, усиливают уверенность и наши способности помогать тем, кто в этом нуждается. В некоторых буддийских текстах эти эмоции и связанные с ними действия называются «добродетельными»; такой перевод (по крайней мере, как я замечал в западных аудиториях) имеет определённый моральный оттенок. На самом же деле с такими действиями и эмоциями не ассоциируются никакие моральные или этические понятия. Как мне объяснил один ученик, знающий значения западных слов, термин добродетель, используемый для перевода тибетского слова гева, более тесно связан с древним смыслом «добродетели» как «действенности» целительной силы.
«Отрицательные» эмоции, наподобие страха, гнева, грусти, ревности, горя или зависти, часто интерпретируются как «недобродетельные» (на тибетском мигева) чувства, то есть эмоции, которые ослабляют ум, подрывают уверенность и усиливают страх.
Более или менее нейтральные эмоции в основном включают в себя неоднозначные реакции, например, чувства, которые мы можем испытывать по отношению к карандашу, листу бумаги или приспособлению для удаления скрепок.

Когда меня познакомили с темой ментальных недугов, я подумал: «О, нет. Я испорчен. Я невежествен. У меня масса привязанностей и антипатий. Я обречён на страдания до скончания своих дней». Но потом я услышал старую поговорку. Не знаю, основывается ли она на достоверном факте, но звучит примерно так: «Павлины едят яд, превращая его в красоту своих перьев».
Поскольку большую часть своего детства я провёл, сжавшись в комочек страха, мне хорошо известно, насколько сильными могут быть ментальные недуги. Я провёл тринадцать лет, думая, что умру, и надеясь, что когда-нибудь смогу избавиться от моего страха. И только уйдя в затворничество, где мне пришлось столкнуться с этими недугами лицом к лицу, я узнал, что неведение, привязанность и отвращение были материалом, данным мне для работы, который, как и яд, поедаемый павлинами, обернулся источником великого благословения.

С буддийской точки зрения милосердие — это искреннее желание того, чтобы все другие чувствующие существа — даже те, кого мы не любим, — переживали то же чувство радости и свободы, которое хотим чувствовать мы сами. Это осознание того факта, что у всех нас одни и те же потребности и желания: мы все хотим жить мирно и спокойно, без страха, что кто-то причинит нам боль или вред. Даже муравей или таракан имеет те же самые чаяния и боится того же, что и мы, люди. Как чувствующие существа, мы все одинаковы; мы все родственники. Милосердие подразумевает развитие осознания подобного родства и общности на более эмоциональном и даже физическом уровне, чтобы оно не оставалось чисто интеллектуальной концепцией.
В сострадании эта способность воспринимать другое чувствующее существо как равное себе идёт ещё дальше. Основное значение сострадания — это «со-чувствие», признание того, что я разделяю чувства другого существа [ср. у Кундеры]. «Я чувствую всё, что чувствуешь ты: всё, что причиняет тебе боль, причиняет боль и мне; всё, что помогает тебе, помогает и мне». В буддийском контексте со-страдание означает полное отождествление со страданием других и желание избавить их от боли; и это отождествление побуждает нас действовать.

По существу, сострадание — это осознание того, что все и всё вокруг представляют собой отражение всего, что только существует во Вселенной. В древнем тексте «Аватамсака сутра» Вселенная описывается как бесконечная сеть, обретшая бытие по воле индуистского бога Индры. В каждом сочленении этой бесконечной сети закреплён великолепно отполированный драгоценный камень с бесконечным числом граней, в каждой из которых отражаются все грани каждого другого камня в этой сети. Поскольку сама сеть, число камней и число граней каждого камня бесконечны, то и количество отражений тоже бесконечно. Когда любой камень в этой бесконечной сети так или иначе изменяется, то меняются и все другие камни в сети.
История о сети Индры поэтически объясняет загадочные связи, которые мы порой наблюдаем между, казалось бы, никак не связанными событиями. В последнее время я слышал от многих своих учеников, что современные учёные уже давно пытаются разрешить проблему связей — или, как говорят физики, корреляций — между так называемыми ненаблюдаемыми частицами. Проведённые за последние десятилетия эксперименты с субатомными частицами наводят на мысль, что всё, некогда связанное с чем-либо другим, сохраняет эту связь навсегда. Так же как в драгоценной сети Индры, всё, что влияет на одну из этих мельчайших частиц, автоматически воздействует на другую, вне зависимости от того, насколько они удалены друг от друга во времени и пространстве.

Изменяя своё отношение к окружающим, вы можете изменять не только свой собственный опыт, но и весь мир.

Йонге Мингьюр Ринпоче. Будда, мозг и нейрофизиология счастья. Как изменить жизнь к лучшему

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...